С новым взносом

С нового года увеличиваются платежи предприятий в государственные внебюджетные фонды — пенсионный, социального страхования и ОМС. СД выяснил, кто из предпринимателей может рассчитывать на льготные ставки, и что делать остальным, чтобы избежать резкого роста страховых взносов.

Заплатят все

Единый социальный налог, который взымался с фонда оплаты труда и распределялся между государственными внебюджетными фондами, уже с начала этого года заменили прямые отчисления в ПФР, Фонд социального страхования и фонд ОМС. Но размер отчислений в течение года оставался на прежнем уровне — 26%. Предполагалось, что за это время предприниматели привыкнут к чисто техническим нововведениям, связанным с изменением администрирования платежей, и морально подготовятся к росту социальной нагрузки на ФОТ.

С нового года она увеличивается с 26 до 34%: для платежей в ПФР установлена ставка в 26% ФОТ (увеличена на 6%), в Фонд соцстрахования — в 2,9% (осталась на прежнем уровне), в Фонд ОМС — в 3,1% на 2011 год (повышена на 1%), а с 2012 года — в 5,1%. В результате, по оценкам российских экспертов, в 2011 году социальные отчисления предпринимателей вырастут как минимум, на 200 млрд. рублей, как максимум — на 800 млрд. рублей.

Если для компаний, работающих на общем режиме налогообложения, нагрузка на ФОТ возрастет в 1,3 раза, то для малых предприятий, применяющих так называемые спецрежимы — упрощенную систему налогообложения и единый налог на вмененный доход — в 2,4 раза. Сейчас они платят страховые взносы только в Пенсионный фонд по ставке 14%, а с 2011 года будут платить во все три фонда и по общим ставкам.

Собственно, весь год, отведенный на привыкание к новой системе социальных отчислений, бизнес потратил на то, чтобы предотвратить такое резкое увеличение нагрузки. Общественные объединения предпринимателей не раз обращали внимание властей на то, что спецрежимы применяют многие небольшие предприятия, которым надо помочь встать на ноги, прежде чем глушить их налогами. Например, в Удмуртии НП «Лига общественных объединений предпринимательства» совместно с УРО «ОПОРА РОССИИ» подготовили обращение в Правительство РФ, в котором рекомендуют предусмотреть отсрочку введения повышенных ставок и параллельно реализовать такие компенсационные меры, как ограничение периодичности и продолжительности выездных проверок (теперь право проводить их получили и внебюджетные фонды), добровольный переход на ЕНВД и увеличение срока отчетности по этому режиму, расширение применения УСН на основе патента, снижение ставок НДС и налога на прибыль, а также введение налоговых каникул для вновь создаваемых предприятий на 2-5 лет.

Однако в Москве это и прочие подобного рода обращения оставили без внимания. На переходный период, который продлится с 2011 по 2019 год, пониженные ставки взносов во внебюджетные фонды установлены лишь для сельхозпроизводителей, резидентов технико-внедренческих особых экономических зон, общественных организаций инвалидов и семейных общин коренных малочисленных народов Севера. То есть для основной массы предприятий, в том числе и для «малышей», многие из которых применяют спецрежимы, никаких поблажек не будет.

Перемены к лучшему?

Как известно, реформа платежей во внебюджетные фонды была затеяна с целью увеличить их наполнение. Особенно остро эта задача стоит в отношении Пенсионного фонда, который, по данным Российского Минфина, имеет 30-процентный дефицит и во избежание срыва выплаты пенсий государству ежегодно приходится его дотировать — в частности, в этом году из федерального бюджета в ПФР будет перечислено 1,116 трлн руб. При этом расходы фонда ежегодно растут вместе с увеличением числа пенсионеров.

По словам начальника Управления организации администрирования страховых взносов и взыскания задолженности Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по УР Ольги Пастушенко, только в Удмуртии ежегодно назначается вновь около 35 тысяч пенсий, а общее количество пенсионеров на 1 октября 2010 года составляет 408 тыс. человек — это каждый четвертый житель республики. На этом фоне, с точки зрения Ольги Пастушенко, повышение ставок страховых взносов выглядит оправданным, хотя она признает, что работодатели в Удмуртии к этому не готовы. «На сегодняшний момент задолженность 25 тыс. юридических лиц в Пенсионный фонд составляет около 2 млрд. рублей, — сообщила она. — По своему опыту мы знаем, что даже небольшие фиксированные взносы для самозанятого населения, одно время составлявшие 100 рублей в месяц, были для них в тягость».

Только в Удмуртии ежегодно назначается вновь около 35 тысяч пенсий, а общее количество пенсионеров на 1 октября 2010 года составляет 408 тысяч человек — это каждый четвертый житель республики.

Дефицит средств испытывают и другие внебюджетные фонды. В федеральном Фонде ОМС он сравнительно небольшой — на этот год порядка 4,5%. Но, как известно, со следующего года за счет средств фонда российское правительство намерено приступить к реализации проекта «Качество жизни. Здоровье», в рамках которого учреждения здравоохранения будут ремонтироваться и оснащаться современным оборудованием, и повышение страховых взносов работодателей должно обеспечить предстоящие в связи с этим расходы.

В российском Фонде социального страхования федеральные дотации формируют около десятой части бюджета. При этом управляющий региональным отделением Фонда социального страхования РФ по УР Ильдар Гадршин считает, что главная причина финансовой несамостоятельности Фонда — специальные налоговые режимы. По его данным, за прошлый год Фонд получил от «спецрежимников» (часть налога, взимаемого в связи с применением УСН и ЕНВД, направляется в Фонд социального страхования и Фонд ОМС — прим. ред.) 82 млн руб. А сумма выплаченных пособий составила 557 млн руб. «Как видно, вклад малого и среднего бизнеса в социальное страхование непропорционален расходам, — подытоживает Ильдар Гадршин. — Изменения в законодательстве уравняли такие предприятия со всеми остальными плательщиками страховых взносов. Надо видеть, что кроме логики бизнеса своя логика есть и у процессов развития социальной сферы, включая социальное страхование, и с ней также необходимо считаться».

В фондах отмечают, что положительных результатов замены ЕСН на прямые отчисления удалось добиться уже в этом году. Поступление взносов в Фонд социального страхования РФ по УР на начало ноября текущего года составило 106% по сравнению с этим же периодом 2009 года, а удмуртское Отделение ПФР за 9 месяцев 2010 года увеличило сборы на 37,5% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Ольга Пастушенко связывает это с возможностью самостоятельного администрирования пенсионных отчислений, которую получили фонды: теперь они могут проводить проверки на предприятиях.

Ни «белые», ни «серые»

Председатель комитета по учету и налоговому администрированию регионального отделения ОПОРЫ РОССИИ в УР Светлана Ситдикова считает, что если бы государству удалось полностью вывести зарплаты из тени, увеличивать ставки социальных отчислений не было бы необходимости — поступления во внебюджетные фонды выросли бы за счет роста фондов оплаты труда. С этим соглашаются и другие опрошенные СД эксперты.

Однако существенного сокращения «серых» зарплатных схем в России не наблюдалось и в пору действия единого социального налога, и даже его снижение в 2004 году с 35,6 до 26% не дало ощутимого эффекта: по данным Росстата, в 2000-2008 годах доля скрытой зарплаты почти не менялась, оставаясь на уровне 11% ВВП страны. Возможно, это и подтолкнуло российские власти к принятию непопулярного решения: увеличить ставки отчислений с «белых» гораздо проще, чем тратить миллиарды рублей на выявление «серых» схем.

В то же время эксперты СД считают, что махнув рукой на зарплаты «в конвертах», можно власти рискуют усугубить связанные с этим явлением негативные тенденции в экономике в целом.

По оценкам специалистов кадрового агентства «Три-О», в Удмуртии сейчас примерно 30% работодателей не раскрывают истинных зарплат своих работников. Такую же оценку доли «серых» зарплат дает начальник управления стратегического развития и продвижения банковских продуктов АКБ «Ижкомбанк» (ОАО) Илья Чукавин, предполагая, что в 2011 году она будет расти.

Снижение единого социального налога в 2004 году с 35,6 до 26% не дало ощутимого эффекта: по данным Росстата, в 2000-2008 годах доля скрытой зарплаты почти не менялась, оставаясь на уровне 11% ВВП страны.

В банковском секторе о распространении серых зарплатных схем судят по тому, какую форму подачи сведений о доходах выбирают клиенты, подающие заявки на кредит. Форма 2-НДФЛ отражает только официальную зарплату, которой часто недостаточно для получения в кредит нужной суммы, поэтому некоторые банки принимают сведения о доходах по собственным формам, где можно указать дополнительный доход, правда процентная ставка в этом случае будет выше.

«До 2010 года наблюдалась тенденция, когда клиенты предпочитали показывать банкам официальные зарплаты в надежде получить кредит на максимально выгодных условиях, — говорит Илья Чукавин. — С 2011 года многие сотрудники малых предприятий вряд ли смогут подтвердить прежний уровень оплаты своего труда. Поэтому в целом, возвращение „серых“ зарплатных схем может привести к замедлению кредитования и сокращению потребительского спроса».

С другой стороны, переложить часть официальной зарплаты «в конверт» довольно сложно: резкое уменьшение фонда оплаты труда вызовет подозрения у контролирующих органов. Сокращение зарплат по КЗОТ должно быть обосновано вескими экономическими причинами: изменениями в технике и технологии производства, структурной реорганизацией, уменьшением производства продукции вследствие экономического кризиса и т.д.

Работодателям не придется платить во внебюджетные фонды, если зарплата их работников превысит 34,5 тыс. в месяц. Но по данным Удмуртстата среднемесячный заработок даже в самых высокооплачиваемых отраслях не дотягивает до нужной суммы: в Удмуртии финансовые посредники зарабатывают в среднем 31,9 тыс. руб., работники добывающих отраслей — 30,9 тыс., финансисты — 29,7.

Главный бухгалтер ООО «Первая Ижевская налоговая консультация» Елена Прошутина не исключает, что руководители некоторых предприятий могут создать новые юридические лица, с новым штатным расписанием и более низкими окладами, перевести туда сотрудников, а старое юрлицо ликвидировать. Правда, в этом случае предприятию придется полностью «расстаться с прошлым»: заново выстраивать отношения с клиентами, с чистого листа писать кредитную историю в банках. Вряд ли на это решатся многие компании. Так что, скорее всего, если «серые» зарплаты и будут расти, то не за счет снижения «белых». А еще скорее зарплаты просто не будут расти — ни «серые», ни «белые». А вместе с ними «замрет на месте» и потребительский спрос, со всеми вытекающими отсюда последствиями для экономики.

Елена Прошутина уверена, что рост отчислений во внебюджетные фонды приведет также к уменьшению объемов производимых и реализуемых товаров и услуг, и, как следствие, к уменьшению налогооблагаемой базы и сокращению доходной части бюджета. А выросшая вместе с нагрузкой на ФОТ себестоимость продукции повлечет за собой подорожание потребительской корзины и, соответственно, увеличение инфляции.

Способы оптимизации

В то же время эксперты отмечают, что работодателей есть законные способы оптимизировать выплаты в социальные фонды — реальные и не очень.

Во-первых, страховые взносы не взимаются с ФОТ, если он превышает 415 тыс. руб. в год. Это значит, что работодателям не придется платить во внебюджетные фонды, если зарплата их работников превысит 34,5 тыс. в месяц. В Удмуртии, правда, таких официальных зарплат почти нет. По данным Удмуртстата среднемесячная начисляемая заработная плата в республике составила в первом полугодии 2010 года чуть больше 13 тыс. руб., и даже в самых высокооплачиваемых отраслях она не дотягивает до нужной суммы: финансовые посредники зарабатывают в среднем 31,9 тыс. руб., работники добывающих отраслей — 30,9 тыс., финансисты — 29,7. Как видно, этот способ страховых взносов — не для нас.

Во-вторых, законодательство позволяет работодателю уменьшить базу для начисления страховых взносов на суммы, потраченные на обучение работников с заключением ученического договора, страхование жизни и ДМС, компенсацию процентов по ипотечным кредитам и т.п.. Участвуя в программе государственного софинансирования пенсий тоже можно снизить размер взносов. Конечно, это значит, что прежде чем сэкономить, работодателю придется сначала потратиться. Но, как отмечают эксперты, лучше тратить деньги непосредственно на своих сотрудников, чем скидываться в некий «общий котел». По словам Елены Прошутиной из «Первой Ижевской налоговой консультации», если на предприятии реализуются программы социальной поддержки работников, сейчас самое время их проанализировать и, может быть, заменить одни социальные льготы другими, не облагаемыми страховыми взносами.

«Выход есть всегда, просто его искать надо, — говорит Светлана Ситдикова из УРО „ОПОРА РОССИИ“. — Новое законодательство стимулирует к рациональному ведению предпринимательской деятельности». Правда, дать однозначную оценку того, какая в итоге сложится практика уплаты страховых взносов, эксперт не берется. Но проведенные российскими аналитическими службами исследования показывают, что лишь 48% работодателей будут платить страховые взносы по увеличенным ставкам, абсолютно ничего не предпринимая.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.