Владимир Орехов: «Мы знаем, как это прочитают в налоговой»

Довольно редко бывает, чтобы чиновник высокого ранга, оставив госслужбу, начал собственное дело. Не секрет, что людей, имеющих обширные связи в госструктурах, с радостью принимают в крупных частных компаниях. Но бывший руководитель Управления налоговой службы по Удмуртской Республике, генерал-майор, а ныне руководитель «Центра методической помощи по уплате налогов и сборов «Статский советник» Владимир Орехов отказался от заманчивых предложений крупного бизнеса и решил создать собственную компанию. И, как Владимир Викторович рассказал в интервью журналу «Свое дело», им движет желание научить бизнесменов правильно платить налоги, а налоговиков — правильно их начислять.

— Не так часто бывает, чтобы чиновник такого ранга после ухода на пенсию занялся собственным бизнесом. Наверное, и пенсия позволяет…

— Пенсия 13 тысяч рублей — все, что я заслужил у советской власти за 43 года. Но эта причина не главная. Кто-то говорит: «ушел в коммерцию, в бизнес»… В действительности не совсем так. Размышлений было много. Потенциал большой, знаний накоплено много: два университета за плечами плюс избрание академиком Академии национальной безопасности. Я еще во время службы в органах госбезопасности занимался не только борьбой с организованной преступностью, но и защитой экономики. Потом была налоговая полиция, но потом была налоговая инспекция, которой я отдал 10 лет — как один день. Построил 16 зданий — точнее, я, как руководитель, проявлял инициативу и пробивал это. Здание управления ФНС по УР — одно из лучших зданий в России. Была собрана хорошая команда, что отметил и новый руководитель Александр Владимирович Путин. То есть я ушел на том этапе, когда понял, что мои личные обязательства перед государством, в принципе, исполнены. Для меня это было важно — я же воспитан еще при старом режиме, и это нормальное явление, когда человек столько лет отдает государству.

— Это ведь не обязывало Вас начинать собственный бизнес. Как правило, с таких постов уходят в готовые, солидные структуры, на хорошие должности. Вам, наверное, тоже делали предложения?

— Действительно, чиновники редко начинают свое дело. И мне предложений было много — можете поверить. Я мог зарабатывать совсем другие деньги — три-четыре тысячи долларов — это был не вопрос. Но, как я сказал, размышлений было много, и я пришел к тому, что должен заниматься, как это записано в нашем положении: «защитой экономических интересов государства и бизнеса». Без всякой патетики — это мое внутреннее убеждение, которое созрело за годы работы в налоговых органах.

— Интересы бизнеса и государства, бывает, не совпадают…

— Потому что и те и другие делают ошибки. В этом все дело. Как руководитель управления ФНС, я заметил, что нам довольно часто приходится признавать собственные ошибки. Особенно вначале — до принятия Налогового кодекса, когда правовое поле было просто никаким. После принятия тоже было много путаницы — и Грефу, и Кудрину было доверено нами командовать. В результате один пишет, другой дополняет. И дополнения приходят только через год. Когда я пришел в налоговую инспекцию, республика собирала 3 миллиарда рублей налогов и сборов, когда уходил — более 61 миллиарда. Это, конечно, говорит не столько о том, что налоговая так сильно стала работать, сколько о том, что за 10 лет экономика подтянулась, частный сектор стал много давать, нефтяники. Но не в этом дело. Дело в том, что, когда стали появляться такие объемы, появилась в связи с этим целая куча документов, которые друг другу противоречили и иногда просто не исполнялись.

И я еще много лет назад тогдашнему министру Букаеву говорил, что нужно нам создавать свой оргинспекторский отдел и отдел, который бы мониторил все наши ошибки. То есть, в первую очередь, он нужен не для того, чтобы кого-то наказать, а для того, чтобы ошибки не повторять, потому что люди от этого страдают. И такой отдел создали, но — пять лет спустя. И вот когда создали отдел налогового аудита — я ужаснулся — и так у нас собственная статистика была нехорошая, а здесь каждое второе письмо приходилось удовлетворять. То есть каждый второй налогоплательщик получал неправильное решение. И тогда мне пришла мысль, что это нужно как-то исправлять. Поэтому я решил для себя — буду заниматься защитой малого и среднего бизнеса, который испытывает действительно серьезные затруднения. Вот, собственно, и главная цель. Человек, зашедший в тупик со своим бизнесом, приходит к нам — мы стараемся ему помочь. По сути, это налоговый консалтинг. В стране всего две такие школы, которые совпадают с нами и по принципам работы, и по целям, — в Москве и Свердловске. Одной руководит академик Черник — это бывший замминистра по налогам и сборам.

— В действительности, как Вы и сами говорили, даже законные претензии к предпринимателям часто возникают из-за того, что у людей отсутствует в простом и понятном виде первичная информация даже просто о том, какие налоги и когда платить.

— Да, практика так называемых «отсылочных» разъяснений, — когда чтобы что-то понять, нужно залезть сначала в Налоговый кодекс, потом в административный и т.д., — она, конечно, усложняет жизнь и предпринимателям, и самим налоговикам. Тут разобраться может только специалист по налогам — а далеко не каждый бухгалтер таковым является. Я бы сказал, что бухгалтеров, по-настоящему разбирающихся в налоговом законодательстве, очень мало. Для этого мы сегодня и работаем — мы знаем, как тот или иной документ прочитают в налоговой. И к нам пошли люди. Вот один из самых первых примеров: грубейшая ошибка одного из территориальных налоговых органов привела к тому, что ему нужно было заплатить 11 миллионов налогов, штрафов и т.д. В этом случае бизнес нашего партнера закрывался сразу. Мы посмотрели документы и быстро нашли ошибку. А ведь человек был на грани. В итоге мы все это выиграли, и, когда пришли в налоговую, разговор пошел уже такой: «Ну, сколько можете заплатить?». Это, конечно, уже из рук вон — будучи начальником управления, я за это наказывал, когда до меня доходили такие случаи. То есть мы помогаем бизнесу избежать ошибок: правильно выстроить схему управления налоговыми платежами, избежать ситуаций, где он платит то, что не должен платить или не в том объеме. Многие просто не знают, как защищаться. Показывают нам: акт налоговой — на 40 листах, а возражения — на 4-х. Кто делал? — «Знакомый экономист». При этом серьезнейшая сумма претензий — миллионы рублей.

— Кстати, ощутили ли Вы какие-то трудности на этапе создания бизнеса? Это ведь совершенно новый для Вас опыт. Или старые связи помогли?

— По большому счету, никаких трудностей не было. Конечно, меня проконсультировали, как правильно все оформить. А связи тут и не понадобились никакие. Зачем? Без очереди зайти в кабинет регистрации? Так очереди сейчас нет никакой.

— Почему выбрали название «Статский советник»?

— Чин «статский советник» — это «бригадный генерал» в царской армии, что, в общем, соответствует моему званию. Ну и слово «советник» подходит для нашей деятельности.

— А штат Вы как подбирали?

— Это в большинстве своем бывшие сотрудники налоговой. У каждого, как правило, два высших образования — юридическое и экономическое, большой опыт работы. Сотрудников подбирал, надо сказать, очень осторожно, хотя я прекрасно знал, кто у меня в управлении как работал и какие задачи способен решать. Но здесь и своя специфика, и уровень квалификации, на мой взгляд, должен быть высочайшим, потому что ситуацию нужно увидеть не только с точки зрения ФНС, что для нас привычно, но и со стороны бизнеса. Не случайно в нашей компании принято называть тех, кто к нам обращается, не «клиент», а «партнер».

— Любой бизнес стремится к минимизации налогов, и это нормально. В свою очередь, государство в лице налоговых органов стремится как можно больше этих налогов собрать. Не возникает ли у Вас, как у бывшего налоговика, внутреннего противоречия при работе с клиентами? К Вам же, наверное, не обращаются с просьбами помочь заплатить побольше налогов?

— Тут дилеммы никакой нет. Я не стою перед выбором: честь, совесть или долг перед нашими партнерами. Мы помогаем построить совершенно законную схему управления налоговыми платежами, найти, где ошиблись налоговые органы при начислении платежей, ошибки самого бизнесмена и т.д. Когда партнер к нам приходит — мы сразу спрашиваем, была «схема» или нет? Потому что мы все равно это увидим. Серые зарплаты, «химичили» с возмещением НДС, работа с однодневками, посредническими фирмами и т.д. Эти схемы известны, и их сразу видно — при просмотре документов мы сразу говорим: здесь вы не правы, за эту сумму мы даже браться не будем, ее нужно заплатить. Конечно, это личное дело нашего партнера — он может пойти в суд и попытаться отсудить эту сумму, а может заплатить сразу. Но если он в чем-то не прав, мы так и скажем. Это наша позиция. И, как ни странно, это не отпугнуло — наоборот, к нам даже с большим доверием стали относиться. А то ведь некоторые думают: вот пришел «чекист», мы ему все покажем, а он доложит куда следует. Это ерунда, конечно. Мы покажем ошибки и расскажем, как правильно выстроить бизнес так, чтобы у налоговых органов к нему не возникло никаких законных претензий.

— Мне кажется, что тот факт, что Вас знают по работе в органах безопасности и налоговых органах, скорее, вам на руку — по крайней мере, не нужно никого убеждать в том, что вам хорошо известна налоговая сфера. Вообще, Ваша известность помогает вашему бизнесу?

— В том, что люди с такой квалификацией и опытом, как у меня, востребованы, нет никаких сомнений. И несмотря на то, что специально себя я никогда никак не рекламировал — ни раньше, ни сейчас, — действительно, меня многие знают, и кто-то даже обращается за помощью. Имя осталось. Но есть такой момент — те, кто меня знает, знают и то, чего я никогда не буду делать. Например, я не стану звонить в ту же налоговую и просить исправить в частном порядке какой-то документ, даже заведомо неправильный, пользуясь своим авторитетом. Это не в моих принципах, да и просто по-человечески — это неправильно. Если есть ошибка — мы ее оспорим в законном порядке. В этом случае есть вероятность, что налоговики ошибку свою учтут, и та же история не повторится с другим предпринимателем. А это тоже на пользу государству — предприятие будет благополучно работать, платить положенные налоги, люди будут получать зарплату. Это, по-моему, как раз и можно назвать служением экономической безопасности государства и бизнеса.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.