Вениамин Тронин: «Нужен характер»

Его фильмы о жителях Глазова и Глазовского района смотрела Европа на фестивалях  самой престижной категории класса «А». Его загородный комплекс «Горлица», расположенный неподалеку от «северной столицы» Удмуртии, славится не только в республике, но и за ее пределами. О том, как можно связать воедино бизнес, искусство и патриотизм, рассказал СД глазовский предприниматель и кинорежиссер Вениамин Тронин.

— Давайте для начала определим Ваши приоритеты: Вы предприниматель, который успешно занимается гостинично-ресторанным бизнесом, или кинорежиссер?

— Добавьте сюда хотя бы еще две вещи – строительство коттеджного поселка «Горлица» на 36 домов, которое начнется следующим летом, и литературу, к которой я тоже имею отношение.  Со стороны, может быть, это и выглядит селедкой с молоком, а для меня — все на своих местах.

— А что все-таки на первом месте?

— Кино. Кино. Кино. 

 

— В таком случае Вам, наверное, было бы легче жить в Москве, а Вы в Глазове, даже в Глазовском районе…

— Многое из того, что может предложить столица, компенсирует Интернет. А вот то, что дает мне хутор Горлица, — чистый лес, озеро, душевный строй, дух родины, наконец, —  Москва, конечно, не потянет.

— Обычно творческие люди далеки от бизнеса, а Вы — и частный предприниматель, и директор загородного комплекса «Горлица», и директор удмуртской студии «Киноглаз-ов». Простите за бестактный вопрос: не много ли директорских кресел под одним человеком?

— Много. Скажу больше: я не хочу быть директором. Понимаете, когда я придумываю проект,  в него никто не верит, и я могу положиться только на самого себя. А потом,  когда   все уже крутится,  в помощи нужды нет.  И я затеваю новый проект, в который опять никто не верит. Кроме жены. 

Сегодня мне нравится только один  вид менеджмента – режиссура. С удовольствием бы скинул с себя хотя бы одну директорскую лямку, но пока еще не время. И не на кого. На жену нельзя – она директор самого большого в Глазове культурного центра «Россия». Хотя она – сильный партнер.

Сегодня в бизнесе мое дело всего лишь придумывать. Придумывать идеи, решения, схемы, комбинации. А работой с людьми занимается исключительно Вера. Она  умеет не только организовать их, но и зажечь. И главное — удержать этот огонь. Поэтому наша «Горлица» такая теплая, домашняя  и «женская». В общем, жизнь сама подсказала такую компромиссную, точнее партнерскую, форму управления, которая меня, как личность, почти не закабаляет. Кроме того, вокруг нас собрались толковые, даровитые, надежные люди. И сыновья уже подрастают. Старшего, кстати, на днях жду из армии.

— Какой проект Вы затеваете сейчас?

— Создание национальной киностудии.

— Но кино – дело дорогое. Откуда Вы берете деньги на проекты?

— Уже несколько лет государство «разыгрывает» кино на аукционах — точно так же, как другие госзаказы, ну, скажем, на производство тракторов или учебников. Нововведение вызвало у многих студий шок, а для меня появился серьезный шанс — по-честному померяться силами. 

В итоге, несмотря на жесткую конкуренцию, мои проекты выигрывают тендеры, а затем – на федеральные деньги —  я снимаю кино про своих глазовчан. Пока это фильмы документальные, но будут и игровые. Если, конечно, Господь управит.

— Вы много ездите по фестивалям по стране и в Европу наезжаете. Что скажете о культурной жизни в Удмуртии?

 

— Если в двух словах, то — отстает, отстает.

— А если не в двух?

— Недавно московский  журналист задал мне такой же вопрос. Я подыскивал мягонькие, политкорректные слова – все-таки центральное издание, сор из избы на всю страну, и все такое. Но  у себя дома я отвечу без вранья.

У нас есть шикарные бренды, верно? И не только в культуре. «Италмас», «Калашников», «Кулакова». Но это обретения прошлых лет. А сейчас… 

Возьмем кино. Вся страна, включая наших ближайших соседей, – Пермь, Киров, тем более Казань – это свои кинофестивали, своя киножизнь. А у нас? Нет денег? Кризис? Но деньги-то государство на фестивали давало и дает – через те же торги, на которые выставляются госзаказы. Однако нам их не надо…

— Не надо?

— Не надо. Потому что духу не хватает взять. Характера. Инициативы и ответственности. Само-уважения, дерзости и современного менеджмента в культуре.

Кругом бьются за федеральные «культурные» деньги, научились придумывать, «упаковывать» проекты, научились добывать партнеров. А у нас свой подход к делу:  не участвуй – и не проиграешь. Да проиграли уже! Соседи извлекают пользу из национального момента, а у нас – национальный нигилизм.

Галочки в отчетах никогда не вызовут у детей и их родителей желание изучать родной язык. Надо делать живые проекты — интересные миру, а не бюрократической бумаге. Но влиятельные в культуре люди привыкли играть в лиге аутсайдеров. Неверие и боязнь. Культурность замещена политизированностью. Тихая, незаметная линия, в итоге поощряющая национальный комплекс.

Знаете, есть такое известное у удмуртов выражение — емкое и образное:  «паллян кырзясь». Дословно – «поющий влево».  Это и о фальшивящем певце, и о «левом» человеке. Как это и актуально, и знакомо по недавнему прошлому: винтик-шпунтик, поющий фальшивую песню.

— Вы и политик тоже?

— Нет. В партиях не состоял, не состою и сильно себя контролирую, чтобы не заносило на это поле. Главное дело найдено, и оно мне дорого. Так что политика – это только если самый край. Если совсем непродых.

— Хорошо, давайте вернемся к кино. Ваши планы?

— Я готовлю для публикации в московском журнале сценарий полнометражного игрового фильма. Это будет двухчасовое прокатное зрелищное кино: натура, костюмы, эффекты, съемки наводнения, пожара. В общем,  дорого. А история придумана на удмуртском историко-мифологическом материале.

 — Это кино про удмуртского Маугли? Так, кажется, Вы обозначили его для прессы?

— Да, это кино о драматичном возвращении «блудного сына» из гармоничного мира Леса в переполненный противоречиями мир людей. В общем, история о том, как трудно стать и остаться человеком. В картине будет много удмуртского языка.

— Не отпугнете российского зрителя?

— Чужая речь может напрягать, а может обволакивать своей тайной. Продюсеров я убедил, осталось убедить будущих зрителей.

— Расскажите подробнее, в каком состоянии этот проект?

— Московская киностудия подала мой сценарий на государственное финансирование. Они уже год лоббируют этот проект. И понятно почему – цена вопроса 40 млн рублей. А если добиться признания статуса социально-значимого кино – еще плюс 200 миллионов.

Конечно, меня радует, что у профессионалов такая вера в мой сценарий и в меня лично, но все равно невесело. Невесело оттого, что Москва, а не Удмуртия заинтересована получить эти деньги. Съемки будут здесь, республика, так или иначе, вовлечется в процесс. Но почему не в качестве главного игрока – распорядителя государственных средств? 

И дело здесь не только в моем патриотизме. Мой интерес – прежде всего авторский. Все просто: чем короче цепочка, чем меньше посредников, тем больше денег будет вложено непосредственно в картину, и тем больше, стало быть, возможностей у режиссера. И тем меньше зависимость от людей – профессионалов, но далеких от удмуртской жизни, а значит – не несущих за нее никакой ответственности. У земляков – большая мотивация в конечном результате. В его масштабности. Мы – свои, а они –  союзники только до определенного уровня.

Существует опосредованная, сопутствующая – только наша  – прибыль. И она выражается не только в рублях. Территория, на которой разворачивается большое действо, при грамотной «режиссуре» чиновников всегда выигрывает и культурно, и психологически, и образовательно, и т.д. Даже не знаешь, где найдешь. Допустим, удмуртские пацанята поучаствуют в массовке, и, может быть, кто-то из них направится во ВГИК, а не в аптеку за «боярышником»… 

Так все логично: взять деньги, отпущенные государством, и уже самим – не с пустым карманом – искать партнеров. Из той же Москвы — уже на своих условиях – нанимать толковых специалистов. Союз кинематографистов,  национальные телеканалы, фонды развития финно-угорской культуры – сами потянутся к проекту… 

Но по такой схеме можно работать, только если хочешь работать. Только если у самой республики есть желание и воля участвовать в масштабных, социально-значимых, живых проектах. 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.