«Дмитрий Иванов: «Думаю, я и тут не заскучаю»

В апреле в Удмуртии со всем возможным вниманием следили за первыми шагами новых назначенцев в республиканском правительстве. Экс-директор цирка, министр культуры, печати и информации Дмитрий Иванов пока затрудняется ответить на вопрос, менеджер он теперь или чиновник. Но говорит он как продюсер и планы строит соответствующие.

— Дмитрий Евгеньевич, хватило месяца, чтобы сформировать из двух министерств одно?

— Первые шаги сделаны. Мы реализуем процедуру оформления нового Министерства культуры, печати и информации – утверждаем штатное расписание, положение о министерстве, готовим различные обоснования. Основные задачи и виды деятельности Минкультуры и Минпечати остаются прежними. Просто происходит концентрация управления в лице министра и его заместителей по направлениям.

— Со сферой печати не возникает сложностей? В Минкультуры Вы раньше, наверное, хотя бы ходили, а с работой Минпечати сталкиваться не приходилось…

— Я и в Минкультуры-то не ходил. Предприятие, которым я руководил, не получало деньги из бюджета, поэтому взаимоотношения с обоими министерствами были абсолютно одинаковыми. С журналистами я, пожалуй, даже больше общался, чем с сотрудниками аппарата Министерства культуры.

— За что в первую очередь возьметесь, покончив с формальными вопросами?

— Осенью мы откроем после реконструкции кукольный театр, который всегда славился интересными постановками не только для детей, но и для взрослых. На новой сцене они будут еще лучше смотреться. Мы к этому открытию активно готовимся, там есть вопросы технического оснащения, которые мы помогаем решать.

В этом году начнутся проектные работы по реконструкции здания дворца культуры «Ижмаш», который решением президента и правительства будет оборудован для Русского драматического театра им. Короленко. В Ижевске появится такая мини-театральная площадь: с одной стороны, Национальный театр, который в прошлом году ввели в эксплуатацию после реконструкции, а через 2-3 года неподалеку в новом здании откроется театр им. Короленко.

Затем мы должны решить вопрос с концертными исполнительскими коллективами. Сейчас в здании Удмуртской государственной филармонии размещаются и духовой оркестр, и академический ансамбль «Италмас», и сама филармония. И зал там не совсем приспособлен для таких разных коллективов. Мы рассматриваем несколько вариантов решения этой проблемы — ищем для них новые помещения.

Стратегическое направление – создание в республике специализированного вуза, где готовились бы и творческие, и управленческие кадры для учреждений культуры. Сейчас мы вкладываем бюджетные деньги в обучение детей и подростков, а высшего звена у нас нет, и ребята уезжают учиться дальше в Казань, Пермь. Соседние регионы пользуются тем, что мы наработали, а мы в Удмуртии испытываем кадровый голод. Это касается и творческих профессий, и управленческих кадров. Я знаю примеры прошлых лет: при рассмотрении вопроса о назначении руководителей учреждений культуры или СМИ нет готовых решений. Потому что кадрового резерва нет. Сформировать его – одна из основных задач отрасли. Чтобы, если, например, министр культуры встанет и уйдет, не возникло проблем с кандидатурами. Согласен, это вопрос не месяца и не года, а скорее – поколений. Но этим надо заниматься. И, как говорится, кто, если не мы?

Еще одно важное направление, которое мне хотелось бы развивать, – это поездки наших исполнительских коллективов за границу. Мы попробуем эту работу начать. Возможности для этого есть — есть контакты с продюсерами, промоутерами, организаторами фестивалей, агентствами. Но речь не идет о том, чтобы за бюджетные деньги УР поднимать культуру, например, Франции. Мы едем за границу на коммерческой основе, когда приглашающая сторона оплачивает абсолютно все расходы, связанные с проездом, визами, таможней, проживанием и питанием и выплачивает гонорар.

— Любимчики среди подведомственных учреждений уже появились?

— Нет. Для меня самое главное – это производство эталона. Если как зритель я понимаю, что на сцене произведение искусства, я на уровне рефлексии буду это поддерживать. Или Вы намекаете на мою предыдущую работу?

— Не намекаю. Скорее, хочу понять, что Вы считаете локомотивом отрасли.

— У каждого коллектива есть свои планы, все они развиваются, и говорить о том, что это некий паровоз с подцепленными вагонами, где все сидят, а мы их потащим, было бы неправильно. Многое зависит от личности руководителя.

— Каким, по-Вашему, должен быть руководитель учреждения культуры или СМИ?

— Менеджмент сочетает в себе правильное управление экономическими процессами, стратегию развития учреждения, кадровый вопрос и творческую составляющую. Когда складываются эти четыре компонента – тогда мы говорим о топ-менеджере.

— Сейчас многие госучреждения переводят в статус автономных, давая им возможность помимо выполнения государственного задания еще и зарабатывать.  Как думаете, у каких учреждений культуры это может получиться?

— Конечно,  в ситуации автономии у коллектива появляется больше возможностей зарабатывать, больше перспектив развития — при наличии нормального менеджмента.

Но здесь нужен четкий анализ ситуации по каждому конкретному учреждению, и мы как раз сейчас этим занимаемся. Три учреждения уже получили статус автономных – это ансамбль «Танок», Удмуртская государственная филармония и автобаза Министерства культуры. Мы анализируем их работу, чтобы понять, насколько рационален переход в статус АУ.

— Вы же знаете почти всех руководителей в подведомственных отраслях. Кто, по Вашему мненнию, может грамотно
воспользоваться возможностями, которые дает статус АУ?

— Не только в руководителе дело. Представьте себе, Театр оперы и балета перевели в АУ. Они ведь не могут выезжать коллективом в 400 человек в Балезинский район и показывать «Кармен». Думаю, пока такая форма организации более применима к мобильным коллективам, которые могут выезжать небольшим составом.

— Наверное, и стационарные учреждения могут найти возможности для коммерческой деятельности? Например, театр может привлекать интересных исполнителей, музей — привозить яркие экспозиции…

— Ни один директор музея — я не говорю про Пушкинский музей, Эрмитаж и Третьяковку — даже владельцы частных коллекций не повезут никуда свои фонды, не имея четких гарантий сохранности, определенных условий транспортировки и климатических условий в экспозиционном зале. Плюс ответственность принимающей стороны должна быть застрахована. Это вам не положили в поезд, привезли, развесили, и народ валом повалил. Это колоссальные затраты.

— А как тогда эту работу расшевелить?

— Надо отлаживать связи, хорошие взаимоотношения с музеями, руководителями творческих коллективов. Сейчас мы используем, наверное, разве что сотую долю этого ресурса.

Приведу пример. В свое время я пришел к художественному руководителю и главному дирижеру московского театра «Новая опера» Евгению Владимировичу Колобову и пригласил приехать на фестиваль Чайковского. «Я всю жизнь мечтал поехать на родину Чайковского», — сказал он. И мы привезли 400 человек – хор, оркестр, солисты – и четыре фуры с декорациями, оплатив только дорогу, проживании и питание артистов. И ни копейки гонорара. Ижевск стал одним из первых городов, где прозвучали произведения, которые ранее не исполнялись в России вообще. Это были блестящие спектакли, люди плакали, выходя из зала.

То же самое было, когда я в первый раз привозил на фестиваль Чайковского «Виртуозов Москвы», то же — с Тамарой Ильиничной Синявской и с Владимиром Всеволодовичем Крайневым. Не все меряется в этой жизни деньгами. Есть непреходящие ценности, и есть в России такие люди, которые ими дорожат.

— Так что, денег не нужно на фестиваль Чайковского?

— Нужно, и нужно больше. Существуют объективные расходы — не пешком же артисты к нам пойдут. Будем просить и будем работать. И хотелось бы более интересную программу для фестиваля Чайковского. Более многожанровую.

— Какие есть задумки?

— Моя мечта – вывести фестиваль из концертных залов на улицу. Есть идея исполнить увертюру 1812 года П.И.Чайковского с двухтысячным хором, с усиленным оркестром,  пушками, колоколами где-нибудь на набережной пруда. Это будет совершенно другой эффект – этакое театрализованное действо.

Молодежи не привита любовь к академической музыке — так если гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе. Надо постараться сделать так, чтобы молодежь хотя бы единожды это услышала. И после этого она пойдет на концерты. Я не говорю, что стройными рядами, но, думаю, пойдут.

Второе — синтез искусств. Он давно не используется в рамках проведения как рядовых концертов, так и фестивальных. Слово и музыка, например. Я проводил фестиваль в Киеве, где в одном концерте Сергей Юрский читал стихи Пастернака, а Владимир Крайнев играл музыку Шопена. Это было гениально!

— В общем, на чиновничьей работе Вы не заскучаете.

— В цирке тоже было много рутинной работы, поэтому переход из одного места в другое связан просто с большим объемом информации и документооборота. Конечно, там я соединял должности директора и художественного руководителя, то есть была и творческая составляющая. Здесь, конечно, меньше творчества.

Но, думаю, я и тут не заскучаю. В части работы по линии министерства культуры мы проводим очень много мероприятий – вот близится юбилей Михаила Тимофеевича Калашникова, затем юбилей города Ижевска. Много работы со сценаристами, с творческими коллективами. Можно найти применение своим творческим способностям – в консультационном порядке. Это ведь от человека зависит. Человек может творчески подойти к любой работе.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.