Март 2016: верните доход, федералы; Ижавто без Бу; проблема ОПК  2020.

Первый в новом году номер СД целиком посвящен анализу прошлого года. Мы поискали и нашли в прошедшем году истории, которые «делали» новости в 2016-м и освежили их, сделав микс из деталей, которые появлялись в течение всего года и тут же тонули в груде новых. Теперь достаточно открыть нужный месяц нашего календаря чтобы вспомнить их во всех подробностях. Тем более что кое какие из них будут актуальны еще долго и найдут свое продолжение в 2017 году: концессия, долги республики, ситуация вокруг Ижавиа, оборонка и проч. Приятного чтения. Все месяцы календаря можно вспомнить в соответвующей рубрике Календарь 2016.

 Заголовки март

Генеральный директор Госкорпорации «Ростех» Сергей Чемезов подтвердил планы по увольнению президента АвтоВАЗа Бу Андерссона.

Управление СКР по Удмуртии прекратило расследование уголовного дела по факту уклонения от уплаты НДС в отношении руководства Управления имущественных отношений администрации Ижевска.

Устиновский районный суд Ижевска удовлетворил иск ООО «УКС» к Кутдузову Р. Н. о возмещении материального ущерба на сумму более 98 млн рублей.

Госсовет Удмуртии направил в Госдуму законопроект, направленный на внесение изменений в Бюджетный кодекс РФ.

Сторож детского оздоровительного лагеря вымогал взятку с представителя Минобороны РФ за закрытие уголовного дела.

Предприятия оборонно-промышленного комплекса Удмуртии обеспечены госзаказом до 2019 года.

Рост тарифов на энергоресурсы в Удмуртии в 2016 году не превысит 4%.

Пенсионерка из Ижевска 13 лет получала две пенсии по двум паспортам.

 

Индикаторы. Январь — март 2016

 

Доходы бюджета УР

Тот факт, что многие регионы не устраивает система распределения собираемых налогов, когда большая часть уходит в бюджет Российской Федерации, уже не нов. Однако сокращение бюджетов всех уровней и изменения в законодательстве, которые еще больше уменьшили доходы местных бюджетов, заставили региональных руководителей выступить с предложениями о пересмотре существующей системы.

Только в январе этого года о необходимости пересмотра межбюджетных отношений и вообще взаимоотношений федерального центра и регионов высказались главы Татарстана, Чечни и Калужской области. Удмуртия же, как ни странно, оказалась в авангарде этой вспышки регионального фрондерства (вполне, впрочем, умеренного в своей риторике) — так,  Госсовет УР еще в марте 2016 года направил в Государственную думу России законопроект «О внесении изменений в Бюджетный кодекс РФ».

Депутаты законодательного собрания республики предложили изменить механизм распределения дотаций субъектам РФ из федерального бюджета. При этом указывается, что в Бюджетном кодексе установлено, что налоговые доходы субъектов федерации при их распределении по уровням бюджетной системы должны составлять не менее 50% от суммы доходов консолидированного бюджета РФ.  Однако в 12 регионах в связи со спецификой их экономики большая часть налоговых доходов распределяется в пользу федерального бюджета. Речь идет об Удмуртии, Татарстане, Коми, Калининградской и других областях. В частности, в Удмуртской Республике из 137,6 млрд рублей налоговых доходов по итогам 2015 года в федеральный бюджет было зачислено 90,3 млрд рублей (65,6%), а в региональный лишь 47,3 млрд рублей (34,4%). Законопроект до сих пор рассматривается в первом чтении.

Ижевский автозавод

В марте 2016 года стало известно о планах главного акционера АвтоВАЗа — Госкорпорации «Ростех» расторгнуть договор с президентом компании Бу Андерссоном, и, действительно, 1 апреля российский автогигант сменил руководителя. Отставку г-на Андерссона объясняли отрицательными финансовыми показателями руководимого им предприятия: по итогам 2015 года АвтоВАЗ получил убыток по МСФО в 74 млрд рублей. При этом в истории Ижевского автозавода шведский топ-менеджер сыграл заметную роль. Именно при нем наше автопредприятие было выбрано в качестве площадки для производства новейших моделей АвтоВАЗА — Lada Vesta и Lada XRAY. Бу Андерссон неоднократно бывал в Ижевске и лично руководил проектом по запуску производства новых моделей на «ИжАвто».

Впрочем, тот факт, что благодаря работе Бу Андерссона АвтоВАЗу впервые за многие годы удалось наладить производство действительно современных автомобилей, не смягчил руководителей госкорпорации. Любопытно, что в качестве его преемника назывался генеральный директор Ижевского автозавода Михаил Рябов, но в итоге президентом АвтоВАЗа был назначен Николя Мор, до этого руководивший подразделением группы Renault-Nissan Automobile Dacia SA.

Что касается «ИжАвто», то на работе предприятия перестановки в руководстве головной компании не отразились — рост стоимости на автомобили иностранного производства способствует устойчивому спросу на отечественные авто и в 2016 году в Ижевске объемы выпуска выросли на 32% — до 96 250 машин.

 

Оборонный заказ. Проблема-2020

В 2016 году рост объемов промышленного производства в УР составил 7%, а в отдельные месяцы достигал и 20%. Если сравнить с общероссийским показателем — чуть более 1% за 2016 год, то очевидно, что прошлый год для удмуртской промышленности был далеко не кризисным. При этом, правда, нужно понимать, что львиная доля в продемонстрированном промышленностью росте принадлежит предприятиям ВПК. Согласно отчету Министерства промышленности и торговли УР, производство продукции специального назначения в республике за 2016 год выросло более чем на 47%. То есть указанный рост был во многом обеспечен гособоронзаказом, объемы которого в последние годы выросли благодаря программе перевооружения Российской армии.

Масштабная программа по радикальному (до 70%) перевооружению Российской армии и модернизации ОПК до 2020 года была принята еще при прежнем президенте РФ Дмитрии Медведеве. Заняв пост президента, Путин заявил, что выполнение ГПВ является одним из безусловных приоритетов государства. На госпрограмму вооружений до 2020 года выделено более 19 трлн рублей. 80% финансов направляется на закупку нового вооружения, а 10% — на научно-исследовательские работы (НИОКР).

Таким образом, предполагалось, что программа поможет перевооружить не только армию, но и предприятия ВПК — за счет средств, отпущенных на НИОКР, и прибыли от заказов. Тем более что президент РФ специально указывал на то, что государственный оборонный заказ необходимо поручать предприятиям, которые технически и технологически готовы к его выполнению. Поэтому не случайно, например, концерн «Калашников» в 2014–2016 годах уже вложил в модернизацию более 7 млрд рублей, ИЭМЗ «Купол» только за 2015 год — 1,7 млрд рублей.

Впрочем, есть еще один немаловажный фактор, который заставляет предприятия ОПК активно инвестировать в техническое перевооружение. С 2020 года объемы финансирования оборонного заказа будут существенно сокращены и заводам придется загружать производственные мощности либо гражданской продукцией, либо находить покупателей вооружений за рубежом. Для многих предприятий это, кстати, наиболее приемлемый сценарий.

Портфель экспортных заказов концерна «Калашников» только на стрелковое оружие на конец 2016 года превышал 300 млн долларов. Чепецкий механический завод в 2016 году вывел на российский и международный рынки инновационную продукцию неядерного назначения под торговой маркой HighMet. «Купол» планирует увеличить объемы военно-технического сотрудничества с иностранными заказчиками в четыре раза — с 2,8 млрд рублей в 2015 году до 12,1 млрд рублей в 2018-м.

Что касается гражданской продукции, то высокий научно-технический потенциал республиканских предприятий ВПК позволяет им находить свои ниши не только и не столько в производстве бытовой техники, что было актуально в конце 90-х годов, сколько в высокотехнологичных сферах — производстве медтехники и микроэлектроники («Аксион-холдинг»), особо чистых материалов и точных приборов («Купол»), беспилотных летательных аппаратов («Калашников»), особо прочных сплавов (ЧМЗ) и т. п.

Впрочем, это не снимает в полной мере актуальность «проблемы-2020» для предприятий ОПК Удмуртии: в настоящее время они не могут самостоятельно заместить гособоронзаказ. Смогут ли спустя два-три года — тоже неизвестно. Для экономики республики это будет означать, прежде всего, высвобождение большого количества работников — сегодня заводы конкурируют за квалифицированных рабочих, а завтра могут объявить о массовых сокращениях.

В какой-то мере на решение этой проблемы было направлено создание в республике Удмуртского машиностроительного кластера. С помощью этой структуры планировалось, в частности, создать для предприятий возможности для кооперации деятельности: это помогало бы крупным заводам загружать свои производственные площадки заказами от небольших компаний, у которых есть разработки, но нет оборудования и персонала для промышленного производства. И наоборот — заводы поручали бы таким предприятиям разработку каких-то продуктов, которые они могли бы производить на своем оборудовании.

Однако после смены руководства в управляющей компании «Удмуртский машиностроительный кластер» проект, похоже, буксует именно в части кооперации. Например, совсем недавно выяснилось, что первый практический проект кластера — «Учебный центр», который должен был готовить кадры для машиностроительных предприятий, фактически так и не был создан, хотя деньги были выделены и даже закуплено оборудование.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.